Начало откровений

1. (1). Сообщается, что ‘Умар бин аль-Хаттаб, да будет доволен им Аллах, сказал:
«Я слышал, как посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, сказал: “Поистине, дела (оцениваются) только по намерениям и, поистине, каждому человеку (достанется) лишь то, что он намеревался (обрести), и (поэтому) переселявшийся ради чего-нибудь мирского или ради женщины, на которой он хотел жениться, переселится (лишь) к тому, к чему он переселялся”».

2. (2). Передают со слов ‘Аиши, да будет доволен ею Аллах, что (однажды) аль-Харис бин Хишам, да будет доволен им Аллах, спросил посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует:
«О посланник Аллаха, как приходят к тебе откровения?» Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, ответил: «Иногда приходящее ко мне подобно звону колокола, что является для меня наиболее тяжким, а когда я усваиваю сказанное, это покидает меня. Иногда же ангел предстаёт передо мной в образе человека и обращается ко мне со своими словами, и я усваиваю то, что он говорит».
‘Аиша, да будет доволен ею Аллах, сказала:
«И мне приходилось видеть, как в очень холодные дни ему ниспосылались откровения, а после завершения ниспослания со лба его всегда лился пот».

3. (3). Сообщается, что мать правоверных ‘Аиша, да будет доволен ею Аллах, сказала:
«Ниспослание откровений посланнику Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, началось с благого видения во сне, а никаких иных видений, кроме приходивших подобно утренней заре, он никогда не видел. Затем ему была внушена любовь к уединению, и он стал часто уединяться в пещере на горе Хира, где занимался делами благочестия, что выражалось в поклонении (Аллаху) в течение многих ночей, пока у него не возникало желание вернуться к семье. Обычно он брал с собой все необходимые для этого припасы, а потом возвращался к Хадидже и брал всё, что ему было нужно, для нового такого же уединения. (Это продолжалось до тех пор,) пока ему не открылась истина, когда он находился в пещере (на горе) Хира. К нему явился ангел и велел: “Читай!” – на что он ответил: “Я не умею читать!”»
(Пророк, да благословит его Аллах и приветствует,) сказал:
«Тогда он взял меня и сжал так, что я напрягся до предела, а затем он отпустил меня и снова велел: “Читай!” Я сказал: “Я не умею читать!” Он во второй раз сжал меня так, что я (опять) напрягся до предела, а затем отпустил и велел: “Читай!” – и я (снова) сказал: “Я не умею читать!” Тогда он сжал меня в третий раз, а затем отпустил и сказал: “Читай во имя Господа твоего, Который сотворил, сотворил человека из сгустка! Читай, а Господь твой – щедрейший…”»
(‘Аиша, да будет доволен ею Аллах, сказала):
«И посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, сердце которого трепетало (от страха), вернулся с этим, вошёл к Хадидже бинт Хувайлид, да будет доволен ею Аллах, и сказал: “Укройте меня, укройте меня!” Его укрыли, (и он оставался в подобном положении,) пока страх его не прошёл, после чего он сообщил ей обо всём (и сказал): “Я испугался за себя!” Хадиджа сказала: “Нет, нет! Клянусь Аллахом, Аллах никогда не покроет тебя позором, ведь ты поддерживаешь связи с родственниками, помогаешь нести бремя (слабому) и оделяешь неимущего, оказываешь людям гостеприимство и помогаешь (им) переносить невзгоды судьбы!” А после этого Хадиджа вышла из дома вместе с ним и привела его к своему двоюродному брату Вараке бин Науфалю бин Асаду бин ‘Абд аль-‘Уззе, который в эпоху джахилийи принял христианство, пользовался для своих записей письменностью иудеев, выписывал из Евангелия то, что было угодно Аллаху, и (к тому времени) являлся уже глубоким слепым старцем. Хадиджа сказала ему: “О сын моего дяди, выслушай своего племянника!” Варака спросил его: “О племянник, что ты видишь?” – и посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, сообщил ему о том, что он видел. Варака сказал: “Это тот же ангел, которого Аллах направил к Мусе! О, если бы я был молод (в эти дни) и мог дожить до того времени, когда народ твой станет изгонять тебя!” Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, спросил: “А разве они будут изгонять меня?” Варака ответил: “Да, ибо когда бы ни являлся человек с чем-либо подобным тому, что принёс с собой ты, с ним всегда враждовали, но если я доживу до этого дня, то буду помогать тебе как только смогу!” Однако Варака вскоре умер, а откровения временно прекратились».

4. (4). Сообщается, что Джабир бин ‘Абдуллах аль-Ансари, да будет доволен Аллах ими обоими, рассказывавший о периоде (временного) прекращения откровений, среди прочего сказал:
Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, сказал: «(Как-то раз) я шёл (по дороге) и вдруг услышал голос с неба. Я поднял голову и увидел явившегося ко мне (в пещеру на горе) Хира ангела, который (на этот раз) сидел на троне между небом и землёй. Я испугался его, вернулся (домой) и сказал: “Укройте меня, укройте меня!” – после чего Аллах Всевышний ниспослал (айаты, в которых говорилось): “О завернувшийся! Встань и увещевай, и Господа своего возвеличивай, и одежды свои очисть, и скверны избегай…”»
А после этого откровения возобновились с новой силой и стали приходить одно за другим.

5. (5). Сообщается, что, толкуя слова Всевышнего: «Не шевели языком своим, (повторяя его,) чтобы ускорить это…», Ибн ‘Аббас, да будет доволен Аллах ими обоими, сказал:
«Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, всегда испытывал напряжение во время ниспослания (откровений), что заставляло его шевелить губами».
Ибн ‘Аббас сказал: «И я пошевелю губами так же, как делал это посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует ».
(Ибн ‘Аббас сказал): «И Аллах Всевышний ниспослал (айаты, в которых говорилось): “Не шевели языком своим, (повторяя его,) чтобы ускорить это! Поистине, это Нам надлежит собрать и прочесть его”».
Ибн ‘Аббас сказал: «(Это значит:) собрать его для тебя в твоём сердце так, чтобы ты смог читать его».
(Что же касается слов) Аллаха Всевышнего “А когда Мы прочитаем его, следуй его чтению”, то Ибн ‘Аббас сказал: «(Это значит:) слушай его внимательно».
Аллах Всевышний сказал: «Далее, поистине, надлежит Нам разъяснить его». Ибн ‘Аббас сказал: («Это значит:) далее, надлежит Нам сделать так, чтобы ты читал его. И после этого посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, всегда выслушивал Джибрила, когда тот являлся к нему, а после того как Джибрил уходил, пророк, да благословит его Аллах и приветствует, читал (айаты Корана) так же, как читал их он».

6. (6). Сообщается, что Ибн ‘Аббас, да будет доволен им Аллах, сказал:
«Посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, был щедрейшим из людей, а наибольшую щедрость проявлял он в рамадане, когда с ним встречался Джибрил, мир ему. Во время рамадана он встречался с ним каждую ночь, повторяя с ним Коран, и, поистине, (в эти дни) посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, был более щедр на всё благое, чем вольный ветер».

7. (7). Передают со слов ‘Абдуллаха бин ‘Аббаса, да будет доволен им Аллах, что Абу Суфйан бин Харб, да будет доволен им Аллах, сообщил ему о том, что Ираклий послал за ним, когда он сопровождал караван курайшитов. Они занимались торговыми делами в Шаме, и это было в то время, когда посланник Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, заключил перемирие с Абу Суфйаном и (другими) неверными курайшитами. (Абу Суфйан вместе со своими товарищами) прибыл к императору в Илийу, где Ираклий, находившийся в окружении знатных людей Рума, призвал их ко двору. Подозвав к себе их и своего толмача, он спросил: «Кто из вас приходится самым близким родственником человеку, утверждающему, что он – пророк?»
Абу Cуфйан сказал:
– Я ответил: «Самым близким из них к нему являюсь я». Тогда он сказал: «Подведите его поближе ко мне, а его товарищей поставьте у него за спиной», и велел своему толмачу: «Скажи им, что я буду спрашивать его о том человеке, и, если он солжёт мне, пусть они уличат его во лжи». И, клянусь Аллахом, если бы я не стыдился того, что потом они станут рассказывать о моей лжи, то обязательно сказал бы о нём неправду! Затем (Ираклий) задал мне о нём первый вопрос: «Каково его происхождение (и место) среди вас?» Я ответил: «Он благородного происхождения». Он спросил: «Заявлял ли кто-нибудь из вас нечто подобное раньше?» Я ответил: «Нет». Он спросил: «Был ли кто-нибудь из его предков правителем?» Я ответил: «Нет». Он спросил: «А кто следует за ним, знатные люди или простые?» Я ответил: «Скорее простые». Он спросил: «Число их увеличивается или уменьшается?» Я ответил: «Увеличивается». Он спросил: «А отступает ли кто-нибудь из принявших его религию из-за недовольства ею?» Я ответил: «Нет». Он спросил: «Приходилось ли вам обвинять его во лжи до того, как он заявил об этом?» Я ответил: «Нет». Он спросил: «Не свойственно ли ему вероломство?» Я ответил: «Нет, но у нас с ним сейчас перемирие, и мы не знаем, что он будет делать», и больше ничего не смог добавить к сказанному. Он спросил: «Приходилось ли вам сражаться с ним?» Я ответил: «Да». Он спросил: «И чем же заканчивались ваши сражения?» Я ответил: «Война между нами шла с переменным успехом: он побеждал нас и мы побеждали его». Он спросил: «Что он велит вам делать?» Я ответил: «Он говорит: “Поклоняйтесь одному лишь Аллаху, не поклоняйтесь больше никому наряду с Ним и отрекитесь от того, что говорили ваши предки”, и ещё он велит нам молиться, говорить правду, быть добродетельными и поддерживать связи с родственниками». Тогда он велел толмачу сказать мне: «Я спросил тебя о его происхождении, и ты ответил, что он принадлежит к знатному роду, но и все (прежние) посланники принадлежали к знатным родам своих народов. И я спросил тебя, не говорил ли кто-нибудь из вас подобного до него, ты же ответил, что нет, и я подумал, что если бы кто-нибудь уже заявлял об этом до него, то я решил бы, что этот человек просто повторяет сказанное до него кем-то. Ещё я спросил тебя, был ли кто-нибудь из его предков правителем. Ты ответил, что нет, и я подумал, что если бы он являлся потомком владык, то я решил бы, что этот человек стремится вернуть себе свои родовые владения. Ещё я спросил тебя, не приходилось ли вам обвинять его во лжи, прежде чем он стал говорить то, что говорит, а ты ответил, что нет, и мне стало ясно, что если он не клеветал на людей, то не станет возводить ложь и на Аллаха. Ещё я спросил тебя, знатные люди последовали за ним или простые, и ты сказал, что простые, но именно они и становятся последователями посланников. Ещё я спросил тебя, увеличивается их число или уменьшается, и ты сказал, что увеличивается, но именно таким и должно быть положение веры, пока оно не достигнет совершенства. Ещё я спросил тебя, отступается ли от его религии кто-нибудь из принявших её из-за недовольства ею, и ты ответил, что нет, но (так и бывает), когда (истинная) вера проникает в сердца. Ещё я спросил тебя, не свойственно ли ему вероломство, и ты ответил, что нет, но и посланники никогда не поступают вероломно. Ещё я спросил тебя о том, что он велит вам делать, и ты ответил, что он велит вам поклоняться Аллаху и не поклоняться никому больше наряду с Ним, и запрещает вам поклоняться идолам, и велит вам молиться, говорить правду и быть добродетельными, и если ты говоришь правду, это значит, что он обязательно овладеет тем, что ныне принадлежит мне. Я знал, что он должен появиться, но не предполагал, что он окажется одним из вас. Если бы я был уверен, что сумею добраться до него, то обязательно постарался бы встретиться с ним, а если бы встретился, то непременно омыл бы ему ноги!»
А потом он потребовал подать себе послание посланника Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует, с которым Дихйа был направлен к наместнику Бусры, и тот подал его Ираклию, который прочитал там следующее:
– C именем Аллаха Милостивого, Милосердного.
От Мухаммада, раба Аллаха и Его посланника, Ираклию, владыке Рума.
Мир тому, кто следует правильным путём.
А затем, поистине, я призываю тебя к Исламу! Прими Ислам, и ты спасёшься, а Аллах удвоит твою награду; если же ты откажешься, тогда на тебя будет возложено бремя греха (твоих) крестьян! И (я скажу тебе то, что сказал Аллах): «Скажи: “О обладатели Писания! Давайте признаем слово, одинаковое для нас и для вас, что не должны мы поклоняться никому, кроме Аллаха, и что ничего не должны мы придавать Ему в сотоварищи, и что никто из нас не будет считать другого Господом наряду с Аллахом”. А если они откажутся, то скажите: “Засвидетельствуйте, что мы – предавшиеся”».4Абу Суфйан сказал: «Когда (Ираклий) закончил читать это послание, сказав то, что сказал, в его собрании стало шумно и поднялся крик, а нас вывели (оттуда), после чего я сказал своим товарищам: “Ибн Абу Кабша стал столь важным человеком, что его боится даже владыка бану-ль-асфар!” С тех пор я был уверен, что он одержит верх, а в конечном итоге Аллах привёл меня к Исламу».
(Передатчик этого хадиса сказал): «Ибн ан-Натур был наместником Илийи, а Ираклий являлся епископом христиан Шама. (Ибн ан-Натур) сообщает, что однажды, прибыв в Илийу, Ираклий проснулся утром в столь дурном расположении духа, что некоторые из его патрикиев даже сказали ему: “Нам не нравится твой вид!”»
Ибн ан-Натур сказал: «Ираклий же был прорицателем и астрологом и сказал им в ответ на их вопросы (о причине его дурного настроения): “Наблюдая за звёздами этой ночью, я увидел, что владыка (совершающих) обрезание одержал победу, (и я хочу знать,) кто из людей делает обрезание?” Ему ответили: “Никто, кроме иудеев, но они не должны беспокоить тебя. Направь послания в разные города твоего царства, чтобы там перебили всех иудеев!” Между тем к Ираклию привели человека, которого послал к нему правитель из числа гассанидов, чтобы передать с ним известия о посланнике Аллаха, да благословит его Аллах и приветствует. Расспросив гонца, Ираклий велел (своим слугам): “Пойдите и проверьте, обрезан он или нет”. Они осмотрели (гонца) и доложили Ираклию, что тот обрезан, и тогда Ираклий стал расспрашивать его об арабах. (Гонец) сказал: “Они (тоже) делают обрезание”. (Выслушав его,) Ираклий сказал: “(Теперь) выяснилось, что владычество будет принадлежать им!” А затем Ираклий написал письмо в Румийу своему другу, который обладал такими же познаниями, как и он сам, после чего отправился в Химс и не покидал этого города до тех пор, пока не получил от своего друга ответное послание, в котором тот писал, что разделяет мнение Ираклия о появлении пророка, да благословит его Аллах и приветствует, и о том, что (он действительно является) пророком. После этого Ираклий призвал знатных людей Рума явиться в его дворец в Химсе, когда же они собрались, велел запереть ворота. Затем он вышел (к ним) и сказал: “О византийцы! Если вы хотите преуспеть и встать на путь истинный и желаете, чтобы ваше царство устояло, присягните этому пророку!” (Услышав эти слова,) они, подобно диким ослам, бросились к воротам, но обнаружили, что ворота заперты. Поняв, что им ненавистны (его слова) и потеряв надежду на то, что они уверуют, (Ираклий) велел: “Приведите их ко мне!” – (а когда те вернулись), он сказал: “Поистине, я говорил это только для того, чтобы проверить силу вашей приверженности к вашей религии, а теперь я убедился в (этом)!” И тогда они склонились перед (Ираклием) до земли, ибо остались довольны им, и это было последним, что связывало Ираклия (с Исламской религией)».

Библиотека

"Введение в практику Ислама" Книга, представленная вниманию читателей, стала настольной для нескольких поколений мусульман нашей страны. Ее автор, видный татарский богослов, педагог, просветитель и журналист Ахмад Хади Маскуди, оставил после себя большое литературное наследие.

"Ислам проклинает террор" Мораль Ислама - источник мира и доверия между людьми О войне в Коране Подлинное лицо террористов, действующих "от имени веры"